Анна Кент — успешная бизнес‑леди — ловит мужа на измене. Вместо слёз она составит план: лишить его репутации, денег и союзников. Карьеру — под откос, личную жизнь — в руины. Игра началась, и Анна не промахивается.
Музыкант уехал в лес писать альбом — и находит кассеты, будто оставленные лично для него. На записях женщина расследует городскую легенду, а за ней гоняются мужчина и его злая собака. Теперь эти шаги слышит и он. Похоже, история повторяется.
Двое студентов‑медиков ищут короткий путь к великой медицине и попадают туда, где шёпотом говорят о невозможном. «Клуб Потрошителей» — тайное сообщество, одержимое хирургией как искусством и монстрами как результатом: ночные операционные в подвалах, анатомические манифесты, ритуалы точности, где скальпель важнее клятв. Сначала это похоже на элитный кружок: мастера, которым аплодируют за идеальные швы, и задания, от которых стынет кровь — собрать «совершенную» нервную дугу, перенастроить болевой
Эйден вырос в тепле: заботливый приёмный отец, спокойный быт, ощущение, что трудное детство осталось далеко позади. Но одна новость рушит всё — его родных родителей находят убитыми. Пустота превращается в тягу к правде: Эйден бросается в расследование, как в ледяную воду. Чем глубже он идёт по следу, тем больше понимает: убийца спрятан не только в тенях, но и в тайнах, которые семья берегла годами. На кону — не только раскрытие преступления, но и ответ на вопрос, кем он был, кем стал и кем
Слабовидящая Карен приезжает с бабушкой в старый семейный дом — вроде бы просто навести порядок. Ничего особенного. Но всё меняется, когда она остаётся одна. Дом вдруг начинает давить, а из памяти поднимаются детские воспоминания, от которых не по себе.
Новый Орлеан. Район, где правят сутенёры, аферисты, наркоторговцы и угонщики. Среди всего этого один парень упрямо держится за мечту — стать суперзвездой баскетбола. Он тренируется на разбитых площадках, прячется от плохих связей, отрабатывает броски до ночи. Каждый день — выбор: улица или спорт. И каждый день он снова выбирает корт.
В спокойном пригороде Атланты Донна и её сын Брэндон живут без тревог — до появления загадочной соседки. Донна зовёт её на ужин, и та быстро заводит с Брэндоном связь, опасную и манипулятивную. Теперь матери нужно вытащить сына, пока не стало поздно.
Викинга Хенрика выгоняют из поселения за попытку изнасилования. В ярости он ищет ведьму и просит помощи. Ведьма даёт ему облик демона-пугала, чтобы он отомстил деревне. Цена простая: души викингов. На его пути — женщина-воин Грета. Она собирается добить чудовище.
Реалистичная кукла вдруг начинает находить и убивать людей, которые были замешаны в смерти одной женщины. Те, кто еще жив, понимают: времени мало. Им придется рискнуть и докопаться до того, что в ней — механизм, чья-то воля или что похуже, — пока кукла не пришла за ними.
Фрэнки Макгуайр — один из самых опасных бойцов ИРА. Он приезжает в Америку за оружием и прячется в доме нью-йоркского копа Тома О’Миры, который понятия не имеет, кого пустил к себе. Правда всплывает, когда семья Тома оказывается втянутой в столкновение с террористами по вине Фрэнки. Принципы полицейского встречаются с яростью юного мстителя. Их дуэль — не про закон и порядок, а про цену верности и крови — и ведёт к развязке, которую никто не ожидал.
Рамзес — искусный ясновидящий из парижской Ла-Гутт-д’Ор, где смешаны языки, запахи и судьбы. Его дело процветает, пока район не берёт в заложники шайка бесстрашных детей: улицы дрожат, порядок трещит. Баланс рушится — и однажды Рамзесу является видение, не похоже ни на одно прежнее. Настоящее. То, после которого уже нельзя работать по-старому.
Санджай Раджкот, которого все зовут Сикандар, — последний из королевской линии Раджкота. Он привык вмешиваться, когда рядом творится несправедливость. Во время перелёта Сикандар встаёт между молодой женщиной и сыном влиятельного министра — пресекает домогательства и даёт отпор. Министр не прощает публичного унижения наследника. Месть приходит быстро и грязно: в дело вступают купленные полицейские. Сикандар оказывается лицом к лицу с системой, где закон — инструмент сильных, а правда держится на