Могадишо, 1993‑й. Отряды спецназа США вступают в бой с сомалийской группировкой — уличная операция срывается и превращается в затяжное сражение.
Осенью 2014‑го молодой журналист Алексей Суворов едет на Донбасс с гуманитарной колонной: мечтает о громком интервью с комбатом Лесенцовым и контракте в немецком издании. Дорога превращается в полосу препятствий — цель всё отдаляется, Суворов рискует, ошибается, действует на нерве. По пути рядом с ним люди с разными судьбами и взглядами. Он уверен: писать «в духе Толстого и Лермонтова» — значит писать о мире, не о войне. Но вскоре понимает, что сам стал разменной монетой в чужой игре: между
Небольшому американскому отряду дают задачу без права на провал: вытащить из крепко закрытой тюрьмы французских политзаключённых. Встреча выходит холодной — солдаты не доверяют тем, кто вчера сидел в камерах, а заключённые не верят тем, кто сегодня командует их свободой. Но фронт быстро расставляет приоритеты: на горизонте — войска СС, времени — на один вдох меньше, чем нужно.
Рассказы о людях, которые встали вместе против немецко-фашистских захватчиков во время Великой Отечественной войны. Инженеры, учёные, врачи, переводчики, солдаты, офицеры — все, кто приближали победу своим трудом и мужеством.
Московский журналист приезжает в хутор Первомайский, чтобы взять интервью у Ефросиньи Семёновой — матери, потерявшей на войне девять сыновей. За долгими разговорами он узнаёт о мужестве и героизме каждого сына и о несокрушимой силе духа самой Ефросиньи.
Пятеро друзей из разных уголков Союза служат плечом к плечу в одном пехотном полку. За спиной — три года войны. Впереди — освобождённые города России, Белоруссии, Польши и Германии. Идут, как умеют: сквозь грязь и огонь, удерживаясь друг за друга. Ведёт их вперёд песня майора Долматовского «Дорога на Берлин» — марш, который звучит громче усталости и страха.
Маршал Василевский требует ликвидировать японский химзавод в Маньчжурии и не допустить взрыва складов отравляющих веществ. На дальневосточную станцию прибывает эшелон: среди бойцов — разведвзвод, которому предстоит найти объект через Харбин и выйти на советского агента по кличке Рыбак. В группу включают Ивана Журавлёва — опытного разведчика, чья личная война ещё не закончена. Заводом и лагерем, где испытывают химическое оружие на людях, командует генерал Исимура, десять лет назад уничтоживший
Рамади, Ирак. Ночь, 19 ноября 2006 года. Группа американских «морских котиков» занимает огневую точку в обычном жилом доме, чтобы прикрыть дальнейшее продвижение морпехов. Днём по ним бьют местные боевики — бой начинается на узких улицах и в подъездах.
Переломный момент Второй мировой. На лёд и грязь Арденн выходят «Чёрные пантеры» — 761‑й танковый батальон, укомплектованный в основном афроамериканцами. Их задача — удержать немцев в битве за Выступ и выиграть время. Сталь лоб в лоб, мороз пробирает до костей, связь рвётся. Но «пантеры» идут вперёд — против ожиданий, против предубеждений, иногда буквально на ощупь. Каждый метр дороги — цена в гусеницы и жизни; каждый сдержанный рывок немцев — шанс для союзников перегруппироваться.
1941‑й. Офицер госбезопасности Виктор Швец под именем Густава Шварца создаёт подполье в оккупированном городе. Сотни людей вступают в сеть: диверсии, листовки, подготовка к восстанию. Руководство подпольем берёт на себя Василий Афонов.
Париж, 1942. Немцы в городе. Таубе Зильберштейн совсем немного лет. Она с родителями — польские евреи — прячутся в комнате для прислуги у супругов Динансо. Те приняли их без лишних слов: «Пересидите у нас, пока стихнет». Но тишины не наступает. Проходит месяц, потом ещё, и ожидание растягивается на два года. Трое людей живут на шести метрах: раскладная кровать, табуретка, умывальник у стены. Окно держат закрытым почти всегда — шорох занавески может выдать. Днём говорят шёпотом, ночью слушают
1939 год. Мите Васильеву дарят щенка. Мать морщится: пес тянет долгую ноту, будто поёт — так и зовут его Карузо. Проходят годы. Война. Блокада Ленинграда. Дом пустеет от хлеба и разговоров, все экономят дыхание. Карузо слышит этот голод и однажды уходит — за добычей, через минное поле. Возвращается, целый, с чем‑то съедобным, как будто ему кто‑то шепчет путь. Митя перестаёт держать его на поводке и сам идёт «на ту сторону» рядом с псом. Они идут низко, слушают землю, считают шаги. И однажды —